 |
| Кристофер Хитченс: |
Esquire публикует интервью 2007 года с американским публицистом Кристофером Хитченсом (Christopher Eric Hitchens), в котором он объясняет, почему религия — источник практически всех земных зол.
Острая, как бритва, ирония и нарочитая непочтительность ко всему, что считается священным, делают Кристофера Хитченса, по словам одного журналиста, "способным помочиться в аквариум вашей бабушки".
Так, в 2003 году, говоря с ватиканскими иерархами, Хитченс возражал против канонизации матери Терезы. Выступая недавно в нью-йоркской публичной библиотеке, он начал с комментария по поводу ее причисления к лику блаженных: "Старая сука добилась-таки своего".
В начале 2007 года Хитченс выпустил атеистический манифест "Бог не велик" (
"God is not great"), в котором от него досталось многим религиозным деятелям — от Любавического ребе до Мартина Лютера Кинга-младшего. Ганди предстает у него спорной фигурой, чье наследие "сомнительно и отнюдь не священно". Далай-ламу он изображает королем в изгнании, дарующим статус просветленных существ голливудским звездам. Христос для него — "довольно жесткий еврейский сектант", чьи высказывания варьируются от безобидных до аморальных. Учение Мухаммеда Хитченс считает мешаниной идей, которая и на религию-то с трудом тянет (глава, посвященная изложению этого провокационного взгляда на ислам, названа "Коран позаимствован из иудейских и христианских мифов").
Эти захватывающие дух формулировки обеспечили книге шквал откликов и высокое место в списке бестселлеров "Нью-Йорк Таймс". Но под слоем святотатств кроется негодование более умеренного свойства. Хитченса не устраивает не столько бог как таковой, сколько мнение, будто человек не способен принимать этических решений без шпаргалки.
После выхода Вашей антиклерикальной книги Вы развернули настоящую атеистическую кампанию.
— Когда я ездил по Америке с туром, у меня всякий раз были дебаты с верующими. Но ни от кого из них, ни в печати, ни лично, я не слышал ни одного довода, который бы меня удивил, которого бы я не предвидел в полном объеме. В принципе, большую часть времени мои оппоненты говорили о том, что многое в моей книге верно. Иногда мне казалось, что месишь кулаками воздух. Мне хотелось бы услышать: "Извини, но тебе, приятель, прямая дорога в ад". Но такого не говорят. Их же слушает образованная публика. В глубине души, может быть, так думают, но молчат. И это начинает раздражать. Почему никто не встанет и не скажет: "Да, две тысячи лет назад палестинская девственница зачала от Святого Духа, и это доказывает истинность учения Христа. А потом он умер за наши грехи. И если вы этого не признаете, вы упускаете шанс попасть на небеса и удваиваете свои шансы отправиться в преисподнюю"?
— Может быть, дело в том, что Вы опровергаете не столько веру в бога, сколько разоблачаете организованную религию.
— Ну, я думаю, мы с разумной степенью определенности можем утверждать, что бога нет, поскольку все гипотезы его существования либо лопнули, либо были отброшены. И у нас есть более убедительные объяснения всего, что когда-то пыталась объяснить религия. Но доказать отсутствие божества мы все же не в состоянии. И поэтому если человек заявляет: "Я ощущаю присутствие некой высшей силы", в конце концов, его можно понять. Только пусть он не пытается учить этому моих детей, менять законы моей страны и взрывать в аэропорту себя и пассажиров.