пятница, 24 июня 2016 г.

Юлиана Бахринг: Как я сбежала в детстве из культа

История от Юлианы Бахринг (Juliana Buhring) "How I escaped my childhood in a cult". Вот ее сайт.

Как всегда перевожу ближе к духу, чем к букве. Очень интересное и сложное интервью у человека с такой судьбой.

Юлиана/Джулиана Бахринг присела и пьет кофе в центральном Лондонском отеле. Она, кажется, расслабленной, но, Бахринг говорит мне, что на самом деле она раздражена. "На самом деле, я всегда хочу двигаться. Я чувствую себя некомфортно, когда остаюсь в каком-то месте слишком долго". Её беспокойство понятно. Бахринг 34 года, она является одной из самых выносливых велосипедистов в мире и проводит свою жизнь на велогонках на разных континентах. В 2012 году она установила рекорд как самая быстрая женщина, которая совершила кругосветное путешествие и написала об этом книгу "This Road I Ride". Ее одержимость велосипедным спортом началось лишь пять лет назад, хотя она всю свою жизнь находилась в движении. 

Основатель культа
До 23 лет Бахринг росла и состояла в печально известном культе "Дети Бога" ("Семья", Children of God). Он был основан в 1968 году в Калифорнии Дэвидом Бергом, который выступал под различными мессианскими и семейными псевдонимами: от "Моисея Давида" до "Дорогого дедушки". Он предсказывал наступление апокалипсиса и проповедовал извращенное толкование христианства, в котором дети были объектами сексуальной эксплуатации с раннего детства, требовал практиковать "свободную любовь" между детьми, детьми и взрослыми.

Часть культовой доктрины называлась "одна жена", рассказывает Бахринг, которая провела свое детство за высокими стенами в общинах, где члены культа делят между собой всё, даже тела. "Он сказал, что это все кто женится во Христе, становятся одной большой семьей".

Юлиана была отделена от своей матери в возрасте трех лет. "Я помню тот день, ярко. Моя мать плакала. Она махнула рукой и поцеловала меня. Я никогда не говорила, что они покинули меня. Они просто никогда не возвращались". Берг полагал, что из детей его последователей можно было бы сделать "чистое поколение". "Мы были отправлены в тренировочные лагеря военного типа, где должны были сломать наш дух. Например Вы можете ходить с заклеенным лентой ртом в течение месяца, или быть в изоляции и питаться только супом. Они заставляли бы Вас рыть канавы и закапывать их снова. И, конечно же, очень жесткие побои".

Инструкция из культовой пропаганды "флиртоводства"
Насилие было повсеместным. "Комнатой для избиения выступала ванная комната, которая была звукоизолированна, чтобы никто не мог слышать твои крики. Или они раздевали Вас и били голой перед всеми", рассказывает Бахринг.

Но даже подобное наказание не смогло подавить бунтарство в Юлиане. "Я всегда подавала сомнению глупые правила. Будучи подростком, я делала вид, что шла зарабатывать деньги через секс в постели [в культе было развито "любовная рыбалка" или "флиртоводство" - проституция для вербовки в культ или заработка денег для культа], а на самом деле встречались и напивалась с друзьями". Её "неконтролируемость", как она выразилась, привела к тому, что она мигрировала по филиалам культа по всему миру.

"Никто не ставит под сомнение, что происходило," говорит она, "Хранитель" брал меня в новую страну. У меня был паспорт. Все видели белого ребенка с белым взрослым, и мы просто проходили таможенный контроль". 

Она была окружена, людьми, которых она называет "зомбированные" взрослые. "Некоторые из них были психопатами, и дети, такие как я, терпели и несли на себе всё это. Когда я, наконец, ушла из культа, то не было никаких бумаг и документов, что я когда-либо существовала".

Уезжая из Уганды, где она вышла из культа, она решила поехать в Великобританию, где две из ее сестер, Кристина и Селеста начинали новую жизнь. "Я пошла открывать счет в банке, а у меня даже не было национального номера страховки и чего-нибудь подобного. Только паспорт. Людям сложно в это поверить. Это было как жизнь в мире фантазий, но это была ужасная фантазия".

Три сестры позже написали бестселлера о своей жизни в культе "Not Without My Sister". Они описали в ней террор и насилие над детьми, которых заставляли спать с взрослыми, тереться о них и стонать.  

"Мне до сих пор сложно все это описать, хотя я уже больше 10 лет живу вне культа. Я не хочу, чтобы это клеймо было на мне. Все из нас, кто вырос в культах, постоянно чувствуют себя, как будто на нас одето заплесневелое пальто и мы не можем взлететь, но мы можем. Многие люди относятся к нам, как к поврежденным товарам, но мы ими не являемся. Многие люди не скрывают свое участие в культах. Я же делаю это потому что я верю в то, что: "Те, кто против, не имеют значения. Важны те, кто не против". Она заставила меня задуматься над этой точкой зрения. 

Бахринг старается изо всех сил, чтобы приспособиться к жизни вне культа. Она не знала, как заводить длительные отношения. "Я испытывала глубокое чувство не принадлежности к этому миру". , не принадлежащее," говорит она - "Всё было очень светским делом".

Все изменилось после того, как она переехала в Неаполь, чтобы работать в качестве преподавателя английского языка. Однажды, она натолкнулась на знакомое имя на своей странице в Facebook - Хендри Кутзее (Hendri Coetzee), южноафриканского исследователя, с которым у нее был краткий роман перед ее отъездом из Уганды".

"Я любила его отношение к жизни", говорит она. Они многие ночи обсуждали его желание исследовать Конго на байдарке. "Он считал, что каждый день должен быть захватывающим. "Чем хороша это жизнь, если вы не живете как хотите?" Это был его девиз".

Три сестры
После дистанционного общения, они оба поняли, что хотели провести свою жизнь вместе. Бахринг заказала билет для встречи в Уганде с Кутзее. "Он был там в поездке с двумя американцами", говорит она, "знакомя их с кусочком Конго". Он сказал ей, что он увидит ее по возвращении из поездки. За неделю до того она собиралась лететь, она зашла на Facebook, и увидела новость, что "Он был убит крокодилом. Я не мог поверить своим глазам. Он всегда ужасно боялся крокодилов. Они были единственной вещью на земле, которая его пугала".

Через месяц Бахринг прилетела на похороны своего друга. "Я сидела у реки с его друзьями и мне его ужасно не хватало.  Я думала, что смогу это как-нибудь пережить, ведь было время в моей жизни, когда я думала, что никто не заботится обо мне, у меня ничего нет, я никому не нужна и некому меня защитить. Я думала, что хуже тех переживаний быть не может, но я ошиблась. Все, что я хотела сделать, так это прыгнуть в след за Хендри в реку". Во время беседы у нее стали выступать слезы. "Это было ужасное время. Я хотела умереть".

Почему она не сделал то, что о чем думала? "Во время размышлений мне на руку сели две стрекозы, и это было, как будто Хендри обнял меня. Я знала, что он не сдался бы. Он считал, что мы должны жить полной жизнью. Каждый свой день следует планировать!".

Несколько месяцев спустя к Юлиана пришла идея о кругосветном путешествии. "Я с трудом каталась на велосипеде и мне было 30 лет. Все думали, что я сошла с ума, но я знала, что это правильно, и это нужно сделать. Я не была в форме. Я напивалась как рыбак, была в постоянной печали. Я не смогла придумать какой-либо другой способ, чтобы избавиться от этого, кроме как попытаться убежать от него".

Таким образом, в 2011 году, имея только велосипед, немного денег, никакого реального маршрута и даже правильной обуви, Бахринг отправилась в путешествие длиною в 18000 миль. Прошло 152 дней, в течение которых она попадала в ситуации, когда ее преследовали дикие собаки, нападали сороки, обгоняли огромные грузовики, а выживать получалось за счет доброты незнакомцев. Она признает, что это путешествие было безумием, "но у меня не было никаких причин, чтобы жить дальше, так что возможность умереть не беспокоила меня".

"Хендри был со мной весь этот путь, но мое эмоциональное путешествие совершило прогресс от чувства никчемности и расстроенного настроения до того, что жизнь велика, и люди замечательны. Я получила понемногу обратно свою веру".

Тем не менее, Бахринг говорит, что ей трудно до сих пор чувствовать какое-то место домом. "Я никогда не знаю, где мой дом". Таким образом, она заполнила свою жизнь, соревноваясь в сложных велогонках, следующая из которых будет гонкой по всей Америке.

Я спрашиваю ее, следует ли принимать участие в таких изнурительных мероприятиях для ухода от своего прошлого? Является ли она прототипом "велосипедного Форрест Гампа"? Необходимо ли ей себя постоянно подталкивать, чтобы доказать, что она, Юлиана Бахринг, на самом деле существует?

"В этом есть зерно правды. Это способ избегать всего. Это единственное место, где я нахожусь в данный момент чувствую себя спокойно. Там нет никаких забот, никаких проблем. Я не могу даже почувствовать физическую боль. Я удивляюсь тому, как мой мозг может изменить мое тело. Мой мозг - компьютер и он говорит моему телу продолжать идти, так что я иду!"

Я спрашиваю ее, если она встретит своих обоих родителей из культа, то могла бы она назвать их семьей?

"Это очень трудно," говорит Бахринг. "Культ сейчас развалился, частично после того, как наша книга была опубликована и мы рассказали, что там происходит. Моя мать провела в культе почти всю жизнь, и теперь она сожалеет обо всем ".

Бахринг рассказала, что она долго ломала голову над тем, почему ее родители, ничего не сделали, чтобы помочь ей. "Моя мать была просто полностью перепрограммирована", говорит она. "Они говорили ей, что я в порядке, и она верила им. Они посылали ее поддельные письма от меня. Они сказали ей, что я с моим отцом, хотя я никогда с ним не была. Они влияют на Вас "любовной бомбардировкой", а затем уничтожат Вас, для того, чтобы переделать Вас заново, до того момента пока  вы не окажетесь полностью под их контролем и не измените свое мышление. Это то, что случилось с моей матерью. Она поняла это и теперь мы восстанавливаем наши отношения".

С ее отцом другая история. Он живет на Дальнем Востоке с его нынешней женой и несколькими сводными братьями и сестрами Юлианы. "Я не хочу иметь ничего общего с ним, но я забочусь о своих сводных братьях и сестрах, так что я должна быть в курсе". Она уничтожающее высказывается о своем отце. "Он отказался от роли отца, которую должен был выполнять. Он не защищал меня и не заботился обо мне. Он просто оставил меня, и меня не волнует что ему промыли мозги. Культа уже нет, а  он отказывается верить в какие-либо истории про него, даже если я ему их рассказала.  Он не стал читать книгу и думает, что я злая, одержимая бесами, и т.п."

Частично мотивирует ее к велогонкам сбор помощи для организации безопасного выхода из культов, через благотворительные организации, которые помогают беглецам из культов приспособиться к внешнему миру. "Многим экс-культовым детям сложно приспособиться и эта благотворительность помогает им вернуться во внешний мир," считает Бахринг.

Так что теперь она должна вернуться в Италию для подготовки к ее следующей гонке - и увидеться со своим бойфрендом Вито.

"Да," говорит она, краснея. "Я встретил кое-кого. Это было неожиданно, и это было правильно и важно для меня". Я спросил: "Он велосипедист?" 

"О да!", говорит она, закатив глаза. "Как он мог им не быть?" - Это дороги I ездить по Юлианы Buhring публикуется Piaktus.

Автор: Люси Кэвиндишь (Lucy Cavendish).

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.